Грани соприкосновения: когда встречаются мода и архитектура

Термины «материал», «конструкция», «пропорции», «силуэт» одинаково принадлежат сфере архитектуре и моде, поэтому дизайнеры и архитекторы говорят на одном языке. Это неслучайная связь двух видов искусства помогает моде и архитектуре находиться в постоянном диалоге, результатом которого становятся самые необычные коллаборации. Эксперты Группы «Родина» рассказали «Стройгазете» как дизайнеры и архитекторы взаимно влияют на творчество друг друга.

Мода встречает архитектуру

Одним из первых модельеров с именем попробовал себя в архитектуре Пьер Карден. Он выступил автором «Дворца пузырей» – виллы с соответствующей формой на юге Франции, над воплощением которой Карден работал с архитектором Антти Ловагом с 1975 по 1989 год. Карден использовал здание как летнюю резиденцию, но оно работает еще и как неофициальный музей, где демонстрируются работы художников и современных дизайнеров, а также проводятся показы мод, кинофестивали, спектакли.

Здание представляет собой круговой лабиринт, в котором практически нет прямых углов и прямых линий. «Дворец пузырей» стал самым экстравагантным и эклектичным домом на Французской Ривьере.

Опыт Кардена вдохновляет многих дизайнеров. К примеру, недавно Айрис ван Херпен, дизайнер из Нидерландов, известная работой над инновационными платьями для таких знаменитостей, как Кейт Бланшетт, Бейонсе и Леди Гага, была приглашена архитекторами Neutelings Riedijk для совместной работы над каменным фасадом обновленного Института биологического разнообразия Naturalis в Лейдене. Вдохновленная коллекцией музея, она разработала специальную технику для создания 3D бетонных полос. Внешний вид сложенных каменных объемов имитирует геологическую структуру. Травертин был огранен, чтобы подчеркнуть его красный цвет и создать естественный грубый характер.

Россия тоже не осталась в стороне от тренда на коллаборацию дизайнеров и архитекторов, причем в нашей стране это сотрудничество приняло еще более масштабный уровень. Для разработки проектов домов в жилом культурно-образовательном кластере Russian Design District в Новой Москве были приглашены российские дизайнеры-модельеры Валентин Юдашкин, Игорь Чапурин и Вика Газинская.

Кстати, у Валентина Юдашкина, художника-модельера, основателя модного дома, уже есть опыт выхода за пределы специализации на модной одежде. Под брендом Valentin Yudashkin выпускается линия товаров для дома La Maison, а также работает студия интерьеров, которая разрабатывает проекты для жилых и коммерческих зданий. Одним из таких проектов стала работа модельера для Russian Design District, где Юдашкин принял участие в разработке архитектуры и интерьеров шестого корпуса.

Здесь кутюрье отказался от привычного многообразия палитры тканей, с которой он обычно работает, и решил оставить только два доминантных цвета: чистый, атласный белый, и золотой, который интегрируется в белые интерьеры в виде барочного золотого шитья.

Основная идея дизайна башни от Валентина Юдашкина – создание интерьера в стиле современного бутика одежды. Это воздушное, легкое и вдохновляющее пространство с большим количеством зеркальных поверхностей и плавных форм. Детали интерьера составляют предметы искусства, скульптуры и панно.

Другой участник проекта – Игорь Чапурин, российский дизайнер одежды, получивший известность работой над гардеробами первых леди России – Людмилы Путиной и Светланы Медведевой. Для Игоря Чапурина проект Russian Design District стал возможностью соединить fashion-эстетику и чёткую геометрию архитектурных форм. Модельер создавал интерьеры здания в соответствии со своей методологией, покорившей подиумы всего мира: интеллектуальная роскошь и высокая практичность. В его авторском корпусе объединены благородная текстура среза корня американского ореха, лакированная поверхность его любимого оттенка «горький шоколад» и динамичные ребристые медные детали декоративных экранов на балконах.

Еще один приглашенный архитектор из мира моды – Вика Газинская, известный российский дизайнер одежды, признанный на международном уровне, создатель собственного бренда Vika Gazinskaya, чьи вещи носят Кирстен Данст и Кэти Перри. Она решила воплотить в своем доме для проекта Russian Design District принципы экологичности, дружественности к естественной среде обитания, сдержанного отношения к яркому проявлению эгоизма личности.

В доме преобладают естественные материалы, цвета, фактуры и текстуры с тактильными свойствами. Основная идея – построить пространство на сочетании камня, дерева и стекла, а также идеи неброской роскоши. Похожая философия и у дизайна общественных зон башни Вики Газинской. Холл наполнен брутальными фактурами: песочная отделка, бетонная стена.

Но между архитектурой и модой пролегает дорога совсем не с односторонним движением. Архитекторы тоже иногда пробуют себя в моде.

Архитектура встречает моду

«Мода – это архитектура; вся суть в пропорциях», – говорила Коко Шанель. Возможно поэтому мастерство создания форм у архитекторов удачно применяется в моде. Пожалуй, самый яркий пример такого прикладного модного творчества архитектора – это работы Захи Хадид.

Заха Хадид оставила большое наследие не только в области архитектуры. Хадид сотрудничала с такими известными брендами в индустрии моды, как Louis Vuitton, Fendi, United Nude, Adidas и др.

Знаток архитектурного творчества Хадид без труда узнают руку мастера деконструктивизма в обуви, украшениях, сумках, которые спроектировала Заха Хадид. Подход архитектора легко читается, например, в туфлях, которые были созданы вместе с бразильским обувным брендом Melissa. Их эргономичный дизайн был выполнен с использованием технологий цифрового моделирования.

Еще более яркий пример – концептуальное переосмысление культовой сумки-ведра Louis Vuitton. Заха Хадид предприняла ряд «физических» вмешательств в традиционную форму аксессуара – выдавливанию частей, деформированию, отслаиванию. Такие же методы работы с формой легко угадываются и в её архитектурных творениях.

Архитектурное наследие Хадид продолжало вдохновлять дизайнеров. В 2016 году (в год смерти Захи), дизайнер женской одежды Мишель Смит, вдохновленная, по её словам, «чистой и скульптурной плавностью» работ Хадид, создала коллекцию одежды из тяжелой хлопчатобумажной ткани: плавные линии, волновые складки, оверсайз и при этом неизменные белые и молочные тона – такими красками и формами была отмечена линия одежды, созданная в память Захи Хадид.

Другой пример – дизайнер из Токио Ясутоси Эзуми, который с самого начала своей работы в 2010-х постоянно ссылается на таких архитектурных тяжеловесов, как Имс, Фрэнк Гери. Более того, для одной из коллекций в качестве саундтрека к показу была использована запись Гери, рассказывающего о вещах, которые его вдохновляют.

Дизайнера может вдохновить архитектура места, в котором он оказывается. Так, Рози Ассулин, известная как автор максимально женственных образов, выбрала в качестве места для показа своей коллекции осень-зима 2015 кладбище. Её поразила геометрия архитектуры кладбища Брион от итальянского архитектора Карло Скарпа в Италии. Увиденные ею там прямые углы, линии, треугольники, квадраты стали гармоничными паттернами для её платьев.

В разные времена модные дизайнеры обращались к архитектуре, чтобы черпать вдохновение для новых коллекций. Так, отражение памятников готики – Собора Парижской Богоматери и собора в Реймсе – неоднократно представляли в своих коллекциях дизайнеры Dolce & Gabbana. Chloé обращается к традиционной арабской архитектуре, используя в кружевах для платьев традиционные узорчатые арабески. Силуэты знаменитого Музея Гуггенхейма в Бильбао несколько раз повторялись у Пако Рабана и Баленсиага.

«Мода и архитектура на протяжении всей истории развивались синергетически, – отметил Владимир Щекин, основатель и совладелец Группы «Родина». – И именно поэтому мы решили привлечь к созданию архитектуры кластера Russian Design District топовых российских модельеров. Поскольку в моде тренды обновляются быстрее, чем в архитектуре, участие кутюрье в нашем проекте – это своего рода инвестиция в визуальную актуальность зданий, их конкурентоспособность на рынке, ведь модельеры интегрируют во внешний облик те тренды, которые дойдут до архитектурной среды через несколько лет».