Эксперты рассказали о специфике архитектуры объектов водных видов спорта

На АРХ Москве состоялась дискуссия «Дворцы воды. Архитектура для водных видов спорта». Авторы трех крупнейших российских дворцов водного спорта в Екатеринбурге, Казани и Москве рассказали о специфике архитектуры этих объектов, о том, как влияют на нее спортивные нормативы и требования операторов телевидения, как делать «дворцы воды», используя деревянные конструкции, и почему огромный масштаб позволяет особую свободу в работе с фасадами.

Недавно в Екатеринбурге открылся один из самых масштабных спортивных объектов России – Дворец водных видов спорта, построенный по проекту бюро ARCHINFORM. И несмотря на то, что Универсиаду, для которой новое здание строилось, в итоге отменили, дворец сохранил свой статус места проведения международных профессиональных соревнований, одновременно став центром совершенно нового городского района: и архитектурно, и функционально.

Проекты такого масштаба всегда порождают интерес и обсуждения, поэтому на АРХ Москве состоялась дискуссия о том, в чем специфика архитектуры дворцов водных видов спорта, в которой помимо автора проекта в Екатеринбурге Тимура Абдуллаева, ARCHINFORM, приняли участие автор Дворца водных видов спорта в Казани Николай Гордюшин, ТПО «ПРАЙД» и Юлий Борисов, основатель UNK Project, создатель нового Дворца водных видов спорта «Лужники». Модератором дискуссии выступила Анастасия Кременчук, главный редактор Arendator.ru, Urbanus.ru, журнала «Лица», премий Urban Awards, Arendator Awards, YouTube-канала «Недвижимость +».

Завершенный весной 2023 года, Дворец спорта в Екатеринбурге представляет собой не просто спортивный объект с тремя большими чашами бассейнов (50, 50 и 25 метров), но спортивно-зрелищный. Общая вместимость трибун — более 5000 зрительских мест. Как рассказал Тимур Абдуллаев, самым сложным в таких проектах является соблюдение международных требований FISU для проведения соревнований, которые жестко регламентируют разведение потоков разных категорий посетителей – спортсменов, зрителей, судей, персонала. Как следствие, здание имеет сложнейшую логистику: на первом уровне находятся входы в здание для спортсменов, судей, персонала и прессы. А входы для зрителей организованы со второго яруса, с открытых пешеходных галерей, расположенных вдоль протяженных фасадов. Поскольку здание строилось для Универсиады, но с тем, чтобы потом стать спортивным ядром нового жилого района, в нем заложены сразу две программы: как центра для международных соревнований, так и спортивного комплекса для массового спорта. Спорткомплекс вошел в состав деревни Международного фестиваля университетского спорта, генеральным подрядчиком строительства которой выступила компания «Синара-Девелопмент». Строительство Дворца водных видов спорта возглавил «Атомстройкомплекс».

«Сложная программа использования здания и его уникальный масштаб позволили нам большую свободу работы с фасадами, – рассказал Тимур Абдулаев. – Такое огромное здание люди не будут воспринимать единой формой, а отдельными ракурсами. Это позволило нам экспериментировать с богатством ракурсов и форм, с ассоциациями. Здесь и огромный лайнер, который плывет по новому району. Здание стало флагманом не только для нового квартала, но и для всего Екатеринбурга».

Николай Гордюшин, управляющий партнер ТПО «Прайд» рассказал об опыте создания Дворца водных видов спорта в Казани, который строился десять лет назад к Универсиаде 2013 года. Архитектурные решения были разработаны бюро SPeeCH. Инженерные решения, которые закладывались в проект, как и архитектура здания планировались нестандартными, поэтому для проекта были привлечены инженеры с мировым опытом – Ove Arup, их адаптировали Казанский ГипроНииАвиапром.

Здесь также три чаши бассейнов 50, 50 и прыжковый 25 м, но в отличие от Екатеринбургского дворца – они расположены в одном цельном пространстве – практически единая большая гладь воды.

Самые интересные решения – деревянные большепролетные конструкции, которые влияют на всю архитектуру здания и авторская, бионической формы, прыжковая вышка, опалубка которой была изготовлена на авиационном заводе. «Дерево, хотя это неочевидно, очень хороший хоть и сложный в расчетах материал для водных объектов, – пояснил Николай Гордюшин, – оно очень хорошо себя ведет во влажных средах, таких как бассейны, в отличие от стали». Заодно архитектор раскрыл загадку почти полного отсутствия окон в рассчитанных на международные соревнования бассейнах Казани и Екатеринбурга – это требования телекомпаний: любые блики от воды очень сильно портят кадр и с ними потом почти невозможно работать. А сложная нарезка стеклянных поверхностей треугольниками на торцах здания связана с ветровой нагрузкой: здание стоит на намыве реки Казанки и там сильнейшие ветра. Таким образом, архитектура складывается из сотен и тысяч требований, нормативов, пожеланий и необходимостей.

Юлий Борисов, основатель UNK Project, рассказал о Дворце водных видов спорта в Лужниках. Это хорошо известный и уже давно любимый москвичами проект полной перестройки старого советского сооружения под новые нужды и требования, но с сохранением стилистики и духа места. Для этого первоначальное здание было отсканировано и местами воссоздано с использованием фибробетона: в частности, на фасаде появились увеличенные исторические рельефы, что позволило сооружению все так же оставаться частью исторического ансамбля Лужников, будучи увеличенным по площадям в три раза. «Мы предложили не менять архитектуру, но увеличить масштаб, применив стилистические элементы, свойственные авторам оригинального проекта. Словно мы глазами вместе с авторами постарались реконструировать их же объект», – поделился Юлий Борисов. Так на фасаде появились ставшие уже знаковыми ажурные круглые элементы, подсказанные другим проектом авторов оригинального здания – станцией метро Электрозаводская. В отличие от проектов в Казани и Екатеринбурге это не соревновательное сооружение, а место для массового спорта и семейного отдыха, поэтому требования совсем иные, меньше ограничений, но больше функций.

Серьезные объекты, очень серьезные вложения и большие амбиции, но насколько долго простоят это здания? Опыт того же исторического бассейна в Лужниках, который дошел до аварийного состояния и был перестроен с большими изменениями наполнения показал, что здания устаревают как технически, так и функционально. На вопрос модератора, насколько рассчитаны здания все архитекторы ответили по-разному.

Тимур Абдуллаев: «Любые объекты отражение своей эпохи, образа жизни, развития технологии. У таких знаковых объектов есть право на жизнь веками, как символа своего времени».

Юлий Борисов: «Здания существуют в том виде, котором они есть, пока они нужны. Потом их надо переделывать или ломать. Поскольку мы проповедуем зеленое строительство и понимаем, какой ущерб наносить экологии любой снос и новая стройка, мы постарались заложить в него максимальный потенциал. В целом подобные здания рассчитаны на столетний срок службы, при условии капитального ремонта».

Николай Гордюшин: «Мир развивается слишком стремительно, технологии меняются буквально постоянно, архитекторы как никто чувствуют скорость этих изменений. Я думаю, что вскоре поменяется слишком многое и мы станем свидетелями перестройки очень многих зданий».